Я понимаю, что в Советском Союзе люди боялись сказать лишнее слово, я понимаю, что там с подозрением относились ко всем без исключения. Но прошло уже больше 20 лет после объявления гласности и перестройки? Этого мало? Или мы уже никогда не сможем перестроиться?
Я посетила родную школу в воскресенье 11 октября. Понятно, что школа была не школой в этой день, а избирательным участком номер 1, понятно, что я была не «бывшей ученицей» Олесей Шмагун, а корреспондентом газеты «Газета», но директриса встретила меня благосклонно, учителя улыбались и здоровались, поэтому милиционеры ,которых было очень много немножко расслабились. Я смотрела по сторонам, читала информационные стенды, в общем, не выглядела, как обычный избиратель. Члены избирательной комиссии напряглись – это понятно, их не в чем обвинить – они все-таки представители власти в этом избирательном участке, власть журналистов не очень любит. Но почему напряглись наблюдатели от партий, и почему наблюдатели от партий (не от «Единой России, что важно) смотрели на меня с подозрением?!
- Здравствуйте, меня Олеся зовут, - я обратилась к одному из наблюдателей просто, без особого журналистского пафоса. – Как проходят выборы, спокойно? Вам, наверное, даже скучно?
- Так, девушка, а вы из какой редакции? – Сразу пошел в наступление этот старичок, который оказался наблюдателем от "Патриотов России".
- Я из «Газеты», я вот пришла в родную школу, посмотреть, как здесь выборы проходят... Смотрю, народу не очень много…. – я улыбнулась
- Нет, нет, нет, вы сначала поговорите с начальником избирательной комиссии, а потом уже ко мне подходите, я вам ничего сказать не могу…
Я посмотрела на другого дедушку, который сидел рядом со значком КПРФ. «О! КПРФ любит всякие громкие заявления, может, пообщается со мной» - подумала я. Завела с ним такой же нейтральный разговор, но «Патриоту» с шилом в жопе захотелось нашу с ним дискуссию продолжить. Он повышал голос, привлекал совсем ненужное внимание ментов, в общем, вел себя как настоящий такой партийный работник 30 годов. В общем, не давал нам с КПРФовцем нормально поговорить.
«Как можно меньше внимания на него, может отвянет», - звучал в голове успокаивающий голос разума. Но он не отвянул Он подошел-таки ко мне с начальником избирательной комиссии. Довольный до жопы, с чувством исполненного долга "Патриот" показал на меня, обличил: «Вот девушка, говорит - журналист, задает вопросы». Я напрягла все свое обаяние, объяснила этому дяде из избиркома, что пришла в родную школу, что журналист, но не претендую на то, чтобы присутствовать при подсчете голосов, учителя меня знают. В общем, угрозы никакой не представляю. Дядя мне поверил, отошел…
Я задала еще пару вопросов КПРФовцу, на которые он ответил неохотно – все смотрели, внимание было на нас. Больше всего интересовался нами, конечно, тот старик из «Патриотов России»
Самый очевидный ответ на вопрос – почему? – «Патриоты России» - партия-спойлер, он защищает интересы «Единой России». При всем том, что это ужасно, что едросы используют такие способы, что они «заполонили и поработили», на мой взгляд, не самое страшное, если тот мужик просто защищал интересы правящей партии. Гораздо хуже, если этот неназванный «патриот» делал все это по собственному желанию. А я такой возможности тоже не исключаю. Вот такая идеология у него, такое воспитание – закрыться, не рассказать, не жать узнать «на всякий случай». Просто потому, что он считает, что все, что не разрешено – запрещено. Людей, которые до сих пор живут по такому принципу очень много, и это страшнее, чем кучка людей, которые захватили власть и пытаются сфальсифицировать то, что можно сфальсифицировать. Бороться надо не против политических лидеров, бороться надо против такой несвободы в головах.